На Главную E-mail
       
 
Нескучный сад 5-6 (88)
   
 
Архив по номерам   Редакция   Контактная информация
   

По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II

Нескучный сад - Журнал о православной жизни
+7 (495) 912-91-19
 
 
 
Разделы сайта
 
Дополнительно:
 Фраза полностью
 Любое из слов
 Во всех полях
 Только в заголовках
 
  Культура 4 (87)'2013

Предъявите ваши документы: в чем секрет успеха документального кино


Версия для печати
17.04.13, 06:50

Рост зрительского интереса россиян к документальному кинематографу — иллюзия или реальность? И если реальность, то каковы ее доказательства и причины? Наш корреспондент выслушал и сопоставил мнения специалистов.
Показ фильма «Антон тут рядом». Фото РИА Новости

Аргументы и факты

Есть мнение — или относительно общее ощущение, — будто за последние годы в нашей стране заметно вырос интерес широкого зрителя к документальному, или неигровому, кино. Его как будто стали чаще показывать в кинотеатрах. Его обсуждают. О нем спорят. Документальное кино впервые на нашей памяти — или, во всяком случае, впервые с 1980-х годов, то есть с советских еще времен — выходит на передний план. Или уже вышло.

Помимо этого мнения-ощущения, есть и некоторая объективная (экономическая, социальная) активность, от нашего возможного сомнамбулизма практически независимая. Попробуем вкратце перечислить некоторые ее показатели.
Открытие телеканала «24 ДОК» несколько лет назад сопровождали сомнения в успехе этой бизнес-идеи. Не беремся оценивать прибыль, полученную или недополученную инвесторами, но сегодня его среднемесячный охват, в том числе благодаря вхождению в бесплатный соцпакет «Мостелекома», составляет три с половиной миллиона человек. На международном кинофестивале «Артдокфест», проходящем в холодной декабрьской Москве, с каждым годом все больше народу. Различные документальные ленты — будь то деликатно сделанный, но художественно непритязательный фильм об опальном олигархе «Ходорковский» или байопик о покойном рок-музыканте «Джордж Харрисон» — собирают кассы, сравнимые с бокс-офисами иных шедевров артхауса (подтверждая давнее подозрение, что непопулярность якобы документального жанра среди широких зрителей — лишь часть тяжелой болезни под названием «российский кинопрокат»).

Мастерски снятая картина о подростке-аутисте «Антон тут рядом» не только собирает овации по всему миру, но и запускает в России создание фонда по решению проблем аутизма. Многочисленные институции — от информагентств до модных столичных клубов — систематически организуют в своих стенах регулярные программы, в рамках которых проводятся тематические показы документального кино для всех желающих, нередко бесплатные. По мнению куратора документальной программы ММКФ и вице-президента Гильдии неигрового кино Григория Либергала, 12 лет назад в стране был один такой киноклуб, а сейчас их «как минимум полторы сотни». В виде реакций на общественный запрос появляются и соответствующие учреждения — так, в 2013 году Центр документального кино намерен открыть в Москве специализированный кинотеатр документального кино.

Возможно, в самом деле, времена, когда документальное кино ассоциировалось с нудно говорящими головами и непреходящей скукой, уходят в прошлое?

Не факт
Чтобы не впадать в преждевременную эйфорию, сразу признаем: не все эксперты готовы безоговорочно согласиться с утверждением о росте популярности документального кино. В частности, режиссер-документалист Андрей Грязев («Саня и Воробей», «День шахтера», «Завтра») усматривает в интересе к документальному кино в первую очередь стремление сограждан к информации:
— Если отвечать честно, то никакого роста интереса именно к документальному кино в России нет. Изменение от нуля до единицы говорит не о росте, а просто о динамике. Зато есть обострившееся стремление простого человека к информации, показанной под другим углом и часто отличной от его собственной, ну или от общественной. Причем в процентном соотношении это стремление не в пользу отечественного производителя. И вовсе не из-за того, что к западному взгляду доверия больше или просто нет пророка в своем отечестве.

Новая развивающаяся площадка требует тех фильмов, которые по разным причинам в России не снимаются, и предпосылок к этому нет, как и самого роста отечественного документального кино. Конечно, можно присягнуть в верности патриотичным заветам и всегда снимать про светлое небо над головой и выключать камеру, когда идет дождь, но зрителя это вряд ли заинтересует. Вот и наполняют российские зрители залы, чтобы посмотреть на своего сидельца номер один, но с немецким акцентом. А редкие, единично сделанные отечественные документальные фильмы в отместку наполняют такие же залы, только иностранным зрителем.

На реальных событиях
Иначе смотрит на ситуацию знаменитый российский документалист и продюсер Виталий Манский:
— Вода всегда найдет себе дорогу. Вода камень точит. Нынешний интерес связан с нехваткой для достаточно большой категории российских граждан пространства соотнесения своих чувств, своей жизни и самого себя с тем пространством, в котором ты живешь. А документальное кино является в этом смысле удобным инструментом для подобного рода рефлексии. И учитывая, что думающая аудитория — глубокие, объемные люди — составляет достаточно внушительный процент в России, она и провоцирует нынешний интерес к документальному кино.
Президент российской Гильдии киноведов и кинокритиков, отборщик ряда документальных фестивалей, автор и ведущий программы «Документальная камера» (телеканал «Культура») Андрей Шемякин полагает, что нынешний рост не просто заметен, но и имеет немало культурно-исторических предпосылок:
— В эту сторону движется общемировой процесс: в литературе — огромный интерес к нон-фикшн, в голливудских блокбастерах все чаще ставят титры «основано на реальных событиях», и постепенно растут бюджеты документальных фильмов уже в кино собственно американском. Майкл Мур получил своего «Оскара» еще в 1989-м за фильм «Роджер и я», но только теперь он стал культовой фигурой. А какие там еще имена, любо-дорого.

Сотая доля
— Во-вторых, такой прецедент уже был, — продолжает Андрей Шемякин. — Перечитайте первую главу замечательной книги Майи Туровской «Герои безгеройного времени» — все книги о подлинных переживаниях путешественников-экстремалов были бестселлерами. Что касается России, то здесь дело обстоит еще интереснее: работает социалистический принцип дефицита. Шум стоит (коллеги тоже начали стараться, не один я уже), а где увидеть-то? Но классику уже можно посмотреть какую-никакую, а наши режиссеры-неигровики — это реальные фигуры, надувать не надо — хоть Косаковского возьмите, хоть Пашу Костомарова.

И еще один аспект — стадиально-исторический. 1960-е, возродившись в 1980-е, дали максимум (в том числе в документалистике), теперь дело за поздними 1950-ми — тогда все это началось в мире, в середине 1960-х докатилось до нас, но своей Оттепели у документалистов не было. А когда пришла — надо было сразу предупредить, вот многие в социалку и кинулись. Так что для авторского кино еще поле непаханое. В 1990-е был некоторый взлет — примерно до 2005-го, потом пауза. А теперь начинается новая волна.

— Какие конкретные работы вы бы отметили?
— «Да здравствуют антиподы!» Виктора Косаковского. «Революция, которой не было» Алены Полуниной. Ошеломляюще дерзкая по монтажу работа покойного Максима Капитановского DOVIDEO, неслучайно не попавшая в конкурс ни одного отечественного фестиваля — только в параллельную программу «Артдокфеста». «Иконоскоп» Манского еще не видел. Из дебютантов — MILENA ученицы Разбежкиной Мадины Мустафиной. Из телевизионного «неформата» — «Площадь Свободной России» Андрея Егорова. Из молодых, но уже известных — «Нет проблем» Таисии Решетниковой. «Тихий океан» Анны Шишовой — опять дебют (это уже мастерская Сергея Мирошниченко; они друг с другом спорят, и это отлично). В визуальной антропологии — уже обошедшая мир картина Алексея Вахрушева «Легенда о Вуквукае, маленьком камне». «Поморы» Александры Стреляной — это Питер. Это только то, что с ходу вспомнилось. И главное, опять появились разные школы и совсем отдельные спецпроекты. Они уже создают новую атмосферу. Сильно раздражают. Заставляют заново сверять часы.
Так что одной-двух причин «подъема» нет. Мы явно вступаем в новую фазу, шок проходит. Не будет опять того, что наша коллега Елена Стишова именует «террором среды» (я это немного испытал на себе в прошлом году, летом, во время отбора в Екатеринбург, это фестивальная конкуренция, так сказалась ярлыками, — бодрит!). Поэтому главное — формировать среду. Чтобы не заглох этот импульс. Я его не преувеличиваю, это сотая доля того, что хотелось.

Код реальности утерян
Главный редактор журнала «Искусство кино», социолог и общественный деятель Даниил Дондурей видит вопрос в контексте той продукции, которой нынешний российский зритель откровенно перекормлен:
— Мне кажется, что это вполне понятное явление, и связано оно с несколькими причинами. Во-первых, российский кинематограф не отражает реальную жизнь, в которой находятся и в которой живут люди. Вместо репрезентации их реальности он поставляет им либо трэшевые комедии, либо криминальные фильмы (ими телевизор наполняют в виде сериалов), либо военные блокбастеры. Таким образом, код реальности для зрителей утерян. Наши соотечественники десятилетиями узнавали себя в советском кино — и в лучших (таких как «Июльский дождь»), и в худших его образцах. В любой, даже самой проходной картине Эльдара Рязанова зрители узнавали себя и свою жизнь. Прямо или косвенно, талантливо или не очень реальность все же проникала сквозь экран. Сегодня в игровом российском кино — за исключением очень немногих фильмов очень немногих режиссеров (того же Хлебникова или Попогребского) реальность отсутствует.

— Интересно, что даже российский артхаус тоже нередко обвиняют в неспособности отобразить сегодняшнюю реальность.
— Безусловно. Ему тоже достается, потому что фильмы этих авторов все же не рассчитаны на широкого зрителя. Это второй момент. Нормальные зрители, которые просто, без особых киноведческих запросов, ходят в кино, не получают ответа ни на какие свои вопросы. А ведь человек нуждается во второй реальности. Все люди нуждаются во второй реальности. Человек потому и человек, что эмпирической жизни — той самой жизни, что состоит из жены, детей, начальства, ЖКХ, распорядка дня и прочего, — ему недостаточно. Всякий человек, независимо от своего интеллектуального потенциала и социальной принадлежности, нуждается в мифологическом, если хотите, осмыслении происходящего, в предложенной художниками, то есть в художественно освоенной второй реальности. Нуждается, но в наших условиях нигде ее не получает. В сериалах у нас одни бандиты с полицейскими и бизнесменами, в сущности неотличимыми от бандитов; либо брошенные жены и любовницы, что тоже большое вранье… а в кинотеатрах его ждут трэшевые комедии и боевики. Поэтому человек с более или менее развитым внутренним миром, не получив этого кода реальности от игрового кино, идет смотреть кино документальное и получает этот код хотя бы частично, но, конечно, далеко не полностью. Таким образом, когда людям, не имеющим касания с этой художественно освоенной реальностью, показывают документальное кино, это все равно как если бы в больнице их подключили к кислородной подушке.

— Получается, что документальное кино восполняет нехватку в том числе именно мифологического содержания? В этом есть известный парадокс…
— Безусловно. Это вы обратили внимание очень точно. Получается, что документальное кино находится как бы вне своей функции. Ведь оно — не главный ответчик за мифологизм. Мы как раз обсуждаем эту ситуацию во втором номере «Искусства кино», который весь посвящен документальному кино, в частности творчеству Виктора Косаковского.

Сегодня документалисты выполняют те функции, с которыми не справляется ни Михалков по одним причинам, ни эти армянские ребята («Самый лучший фильм» и тому подобные комедии) по другим причинам, ни эта молодая артхаусная волна по третьим причинам (они кажутся слишком трагичными, а люди не хотят трагедий). А люди хотят, чтобы было, как в «Июльском дожде».

— Но очевидно, эта ситуация утери игровым российским кинематографом реальности сложилась не сегодня и не вчера?
— Невосполнение кинематографом своих символических функций началось еще в 1990-х и продолжается по сей день. Чиновники, ответственные за телевизионную политику в стране, не справляются со своими полномочиями. Если бы наши телевизионщики понимали свои обязанности, они бы устраивали обсуждение документальных фильмов на телевидении. А делает это только канал «Культура» с Хотиненко, и говорят, что у них неплохие рейтинги. Причем, заметьте, и у Хотиненко нет русских фильмов. И документальных российских фильмов тоже нет.

Текст: Евгений МАЙЗЕЛЬ

Версия для печати

Тэги: Общество  Культура  Кино 







Код для размещения ссылки на данный материал:


Как будет выглядеть ссылка:
 
Реклама
Изготовление куполов, крестов Сталь с покрытием нитрид титана под золото, медь, синий. От 2000 руб. за м2 www.t2000.ru
Знаете ли вы Москву? Какая улица в столице самая длинная, где растут самые старые деревья, кто изображен на памятнике сырку «Дружба», откуда взялось название Девичье поле и в какой стране находится село Москва? Ученье — свет Приближается 1 сентября, день, дети снова пойдут в школу. Знаем ли мы, как и чему учились наши предки, какие у них были школы, какие учителя? Крещение Руси День Крещения Руси пока что не объявлен государственным праздником. Однако этот поворотный момент в истории России изменил русскую государственность, культуру, искусство, ментальность и многое другое. Счастливые годы последней императорской семьи Мы больше знаем о мученическом подвиге и последних днях жизни этой семьи, чем о том, что предшествовало этому подвигу. Как и чем жила августейшая семья тогда, когда над ней не тяготела тень ипатьевского дома, когда еще живы были традиции и порядки аристократической императорской России? Русские святые Кто стал прототипом героя «Братьев Карамазовых»? В честь кого из русских святых назвали улицу на острове Корфу? Кто из наших преподобных не кормил медведя? Проверьте, знаете ли вы мир русской святости, ответив на вопросы нашей викторины Апостолы Петр и Павел: рыбак и фарисей Почему их память празднуется в один день, где был раскопан дом Петра, какие слова из послания к Солунянам стали советским лозунгом и кто был Павел по профессии. 400-летие дома Романовых: памятные места Ко дню России предлагаем викторину о царской династии Романовых. Династия Романовых и благотворительность В год 400-летия воцарения в России династии Романовых вспоминаем служение царей и цариц делам милосердия. Пасха Зачем идет крестный ход — знаете? А откуда пошел обычай красить яйца? А когда отменяются земные поклоны? Кто написал канон «Воскресения день»? Великий пост Проверьте себя, хорошо ли вы знаете постное богослужение. Сретение Рождественская викторина
Читайте также:






Новости милосердия.ru
 
       
     
 
  Яндекс цитирования



 
Перепечатка материалов сайта в интернете возможна только при наличии активной гиперссылки на сайт журнала «Нескучный сад».
Перепубликация в печатных изданиях возможна только с письменного разрешения редакции.