Нескучный сад - Журнал о православной жизни

Опять православная мода

№0'0000 Семья и личность  09.11.11 12:02 Версия для печати. Вернуться к сайту

В рамках выставки-форума «Православная Русь» 8 ноября в Московском текстильном университете прошел конкурс «Православная культура в современной моде». В дискуссии о том, должны ли православные отличаться на вид от своих современников, приняли участие модельер Вячеслав Зайцев и протоиерей Всеволод Чаплин.



За кулисами волнуются, одеваются и красятся модели — в основном студентки и дети. Предстоит показ «православной моды» — успешнее всего, кажется, это понятие можно приложить к комбинезончикам трехлетних прихожан. С «конфессиональной» одеждой для взрослых сложнее: подвенечные платья соседствуют с костюмом Снегурочки для детского утренника (кокошник, мишурная отделка, даже галуны, много бисера), а полупрозрачные блузы — с бесформенными хламидами. В зрительном зале рассаживаются студенты дизайнерских колледжей и члены жюри.

— Я рад видеть, что здесь все одеты прилично, — сказал перед началом показа протоиерей Всеволод Чаплин. В его устах эта констатация обрела весомость комплимента внутреннему достоинству присутствующих:

— Лукаво поступают те, кто говорят: все равно, как ты выглядишь, самое главное - то, что у тебя внутри. Да, самое главное — то, что у тебя внутри, но это внутреннее содержание не может не проявляться вовне, — считает отец Всеволод. Именно с его подачи уже не первый раз слова «православие» и «мода» звучат вместе: священник заговорил о «дресс-коде» в масштабах всего российского общества, о том, что вызывающая одежда провоцирует насилие. Не из-за председателя ли ОВЦО православным пришлось задуматься, что они могут предложить на подиуме?

Афиша конкурса обещала, что покажут даже крестильные рубашки (их не было, зато ювелиры представили крестики и образки), нарядную и повседневную одежду, аксессуары. Роль последних выполнили войлочные сумки и рюкзаки из коллекции «Сублимация». Кстати, это было не единственное странное для привычного к православному лексикону уха название — дизайнеры не стеснялись в самовыражении. Например, коллекция «Валькирии» отсылала к скандинавским верованиям и рогатым шлемам вигингов, а в коллекции «Сердце мечты» присутствовала модель, полностью обнажающая спину девушки. Перед показом протоиерей Всеволод Чаплин поделился с журналистами надеждой на то, что однажды приличная и целомудренная одежда пробьет себе дорогу среди модных трендов, так что на улицах нельзя будет лицезреть пупки полуодетых людей. Что же, пупка ни у одной модели видно не было, а колготки в сеточку и леопардовые платья — это же совсем другое.

Казалось бы, задача ясная: продемонстрировать, как могут одеваться верующие люди разных возрастов в разных ситуациях. Дети выглядели естественнее всех. Показали невест: всех их — и в белых, и в расшитых красными орнаментами платьях — выводил на подиум один и тот же жених с таким смущением на лице, словно сразу после показа ему предстояло выбрать одну из них в спутницы жизни. Одели неформальную молодежь: хламиды песочного цвета, многослойные складки, босые ноги. Представили и очень короткие юбки, и не более длинные шортики (почему-то ими украсили коллекцию «Римские каникулы»). Коллекция «Паломник» напоминала об экспедиции гномов во главе с хоббитом Бильбо Беггинсом за драконьими сокровищами: очень трогательно и весьма симпатично, но девушки в штанах могут услышать неприязненные комментарии в путешествии к русским святыням. Некоторые головные уборы и прически изобретались, казалось, три века назад: скрученные из ткани бараньи рога, полуметровые шиньоны, вариации на тему кокошников и девичих лент. Что тут православного? А когда модельеры обращаются к фольклору и традиционному крестьянскому костюму — что здесь модного?

— Хотелось бы, чтобы конкурсанты создали образ действительно чистый, цельный и обязательно гармоничный, — сказал перед показом председатель жюри модельер Вячеслав Зайцев. Его надежды не оправдались: вместо объявления победителей после дефиле он буквально закричал со сцены, что «возмущен этим безобразием» и что от увиденного ему становилось плохо. От православных модельеров он ждал «духовного прочтения идеи» — может быть, подходя к вопросу со слишком определенными требованиями. Например, кутюрье Зайцев хотел бы увидеть «элементарное черное платье с белым воротничком или платье в горошек», а ему продемонстрировали «множество бессмысленных наворотов». Православную девушку, с его точки зрения, должно быть так же легко отличить в толпе, как сейчас — мусульманку, причем не по юбке в пол и глухо завязанному платку, а по светлому впечатлению от опрятного и культурного образа. Платье-рубаха с красивой косынкой могут создать такой образ, а пышность и вычурность представленных моделей — никогда. Пока, как согласился отец Всеволод Чаплин, у мусульманок лучше получается одеваться.

Мэтр заявил, что к конкурсу никто не подготовился и тема осталась не раскрытой. Действительно, создавалось впечатление, что под вывеску православия просто собрали уже имевшиеся коллекции. Многие из них интересны, но, как и полагается высокой моде — искусству ради искусства — совершенно непрактичны.

Конечно, православная одежда — это не только «кобеднишные» вещи, которые можно подбирать по цветам богослужебных облачений на тот или иной праздник, но и повседневные модели, в которых не стыдно отправиться на работу. После показа в очереди за «неконфессиональными» куртками у гардероба девушки рассуждали: если бы вся представленные одежда оказалась в магазине по приемлемым ценам, многое ли можно было бы примерить? «От силы одну-две вещи», — говорили студентки и пожимали плечами: в университет в большинстве нарядов не зайдешь, в церковь — тем более.

Может быть, девушки были слишком строги. Симпатичных моделей было хоть и не намного, но больше, чем две. Да и принцип — не противоречить своей вере своим внешним видом, чтобы из-за нас имя Божие не хулилось у язычников — кажется добрым.

Конкурс проводили в Содружестве православных деятелей культуры, науки и образования совместно с Московским государственным текстильным университетом, при поддержке Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества и Министерства образования и науки. Не хватало только представителей магазина «12 праздников», открытого в Москве уже пятый год и хотя уязвимого для критики, но продолжающего работу. Высокий статус организаторов показа пока не помог «православной моде» в вариантах «сияния серебра», «березовых струн», «обратных перспектив», «жемчужин» и «сублимаций» (названия коллекций) проложить себе путь к сердцу будь то широкой аудитории, будь то кутюрье Зайцева — кстати, профессора кафедры моделирования одежды и обуви в том самом Московском текстильном университете.

















Текст и Фото: Александра СОПОВА