Нескучный сад - Журнал о православной жизни

Иосиф Волоцкий – святой инквизитор?

№0'0000 Жизнь в Церкви  22.09.12 16:08 Версия для печати. Вернуться к сайту

22 сентября мы празднуем день памяти преподобного Иосифа Волоцкого. О строгом аскете и талантливом писателе, святом, который поддерживал сожжение заживо «жидовствующих» и много лет ухаживал в своей келье за парализованным отцом, – об одном из самых удивительных подвижников Руси рассказывает доктор церковной истории Владислав ПЕТРУШКО.

Он был современником итальянского монаха Джироламо Савонаролы, о котором мы писали вчера, и, во многом, его историческом антиподом. Среди интеллигентов-западников повелось считать его чуть ли не русским инквизитором, в то время, как среди националистов его образ стал синонимом идеи «Спасай Россию». При этом преподобный Иосиф для нас не просто исторический персонаж, а святой, о чьей благодатной помощи сохранилось много свидетельств, в том числе наших современников.

св.прп. Иосиф Волоцкий

Владислав Петрушко: Всю жизнь Иосифа Волоцкого сопровождали конфликты, и со светской властью, и с архиереями. Но и посмертная его судьба драматична. После смерти, особенно у нашей интеллигенции, в силу того, что он призывал жестоко бороться с еретиками, Иосиф тоже не пользовался популярностью. Некоторые даже сравнивали его с инквизитором, что, конечно, совершенно неоправданно.

Еще одна особенность Иосифа Волоцкого — он совершенно уникальный русский преподобный того времени. Он единственный оставил после себя столь обширное литературное наследие. Особенностью русского монашества его "золотого века" - 2-й половины XIV — 1-й половины XV в. было то, что иноки, прежде всего, искали безмолвия для общения с Богом. Они совсем не стремились к литературному творчеству. Иосиф открывает другую эпоху, его вынуждает взяться за перо сложившаяся в духовной жизни Руси нездоровая ситуация. Самое знаменитое свое произведение - «Просветитель», - где он предстает как блестящий знаток догматики, Иосиф создает в контексте полемики с еретиками «жидовствующими».

Да, убедившись в том, что еретики постоянно лгут, лжесвидетельствуют и приносят притворное покаяние, после которого снова принимаются за прежнее, Иосиф призвал к расправе над ними. Но не нужно забывать, что обстоятельства были таковы, что до гибели Руси оставался один шаг: во главе Церкви стоял митрополит-еретик Зосима, наследником Ивана III, был объявлен его внук Димитрий, за спиной которого стояла его еретичествующая мать и другие адепты секты. Что бы случилось, если бы они взяли верх, трудно представить. Кстати, кроме "инквизитора" Иосифа, призывал казнить еретиков и смиренный нестяжатель Максим Грек. Но об этом современные критики преп. Иосифа почему-то обычно забывают.


Брат Иосиф

Свою монашескую жизнь Иосиф, в миру Иоанн Санин, начал двадцатилетним юношей в Тверском Саввином монастыре, приблизительно в 1460 году. Начал с выражения непримиримой позиции. В трапезной он услышал сквернословие и покинул монастырь. Старец монастыря Варсонофий отпустил его: то ли пожалел и понял юношеский ригоризм Иосифа, то ли предвидел, что нахождение такого человека в непростой братской среде может оказаться непростым для монастыря.

Следующий этап его жизни – Покровский Боровский монастырь. Там Иоанна постригают с именем Иосиф. Преподобный Пафнутий взял Иосифа к себе в келью, «уча и наказуя иноческому жительству». Он несет послушание в пекарне и переписывает монастырские книги, что дает ему отличное образование, благодаря которому он потом сможет написать своего знаменитого «Просветителя». Иосиф берет к себе больного отца, который тоже принял монашество, к себе. 15 лет он ухаживал за отцом в своей келье. Житие сообщает интересную подробность. Иосиф с такой любовью ухаживал за отцом, что все больные, находящиеся на попечении монахов монастыря, просили именно Иосифа ухаживать за ними.

Согласно завещанию Пафнутия Боровского, по настоянию великого князя Ивана III, и «по умолению братии» игуменом монастыря после преставления преподобного Пафнутия стал Иосиф. Не знала тогда братия, что не сможет понести такого игумена.

В поисках идеала

С самого начала своего управления монастырем, преподобный Иосиф попытался ввести в нем строгий общежительный устав. Но, начавшиеся разногласия с братией, заставили его прежде чем насаждать новые порядки, узнать как живут в других русских монастырях. В сопровождении единственного спутника – старца Герасима (Черного) он тайно отправился странствовать.

В монастырях он представлялся учеником Герасима, чтобы в нем не опознали священника и игумена. Самое сильное впечатление на Иосифа произвел общежительный устав Кирилло-Белозерского монастыря. В Тверском Саввином монастыре его чуть было не «раскрыли». Иосиф бежал оттуда «скоротеком». Вернулся он в свой монастырь с твердым намерением установить общежитие. Но монахи воспротивились сильно, и в 1479 году, Иосиф оставил игуменство. В качестве причины в послании монахам он указал на конфликт с Иоанном III из-за «монастырских сирот». По распоряжению великого князя монастырские крестьяне оказались «иные проданы, а иные биты, а иных в холопи емлют». Иосиф ездил к Иоанну, но ничего не добился. Ушел Иосиф вместе с семью старцами, не пожелавшими оставить игумена.

Духовный отбор

Ушел он под Волоколамск, на свои родные просторы. Волоколамский князь Борис Васильевич, брат Иоанна III, дал ему там землю для устройства монастыря. За образец жительства, Иосиф естественно принял общежительный устав Кирилло-Белозерского монастыря.

Постоянные конфликты продолжали сопровождать Иосифа в его благородном стремлении очистить монашескую жизнь от шелухи и сора. Женщин в обитель не допускали совсем. Иосиф однажды даже собственную мать не принял, чтобы не смущать братию. Ели все один раз в день, не зависимо от тяжести послушания. Зимой носили ту же рясу что и летом. Многие монахи не выдерживали и уходили. Уходя, не все поступали благородно, и, признавая свою немощь, не обижались на строгого игумена. Некоторые поносили Иосифа, писали кляузы Иоанну. Великий князь невзлюбил игумена. Только впоследствии, видя ревность его о благополучии царской династии несмотря на все разногласия, великий князь смягчился.

Естественный духовный отбор вскоре принес свои плоды. В житии можно проследить такую мысль: ничего, что многие уходят, зато остаются такие же как Иосиф.

Радикальное милосердие

Новая обитель сначала испытывала во всем недостаток, хотя ее и поддерживал Волоцкий князь. Он часто приезжал в обитель и привозил с собой «брашна и питие». Благодаря авторитету Иосифа, от вельмож монастырю переходило в дар все больше и больше земли.

Владислав Петрушко: По отношению к монастырскому землевладению для Иосифа вопрос стоял так: личная бедность монаха должна сочетаться с коллективным богатством монастыря, которое расходуется, прежде всего, на социальные нужды, на помощь бедным, на школьную и книжную деятельность, устроение больниц и богаделен, скрипториев и иконописных мастерских. У Иосифа в монастыре тысячи крестьян кормились в голодные годы. Монастырь скорее был не стяжателем, а распределителем этих благ.

Сам Иосиф в посланиях пишет: «А розходится на всякой год полутораста рублев денгями, а иногда боле, да хлеба по три тысячи четвертей на год розходится, занеж на всякь день в трапезе едять иногда шестьсот, а иногда семьсот душь, ино коли его Бог пошлет, тогды ся и разойдеть». По свидетельству жития, в обители строго соблюдалось указание игумена «келарю и казначею, дабы никто не сшел с манастыря, не ядши». В период сильного голода монастырь принял на содержание 50 детей. Иосиф повелел израсходовать на помощь голодающим все запасы и занимать деньги на покупку хлеба, не считаясь с ропотом монахов, которые обвиняли его в безрассудстве: «...нас переморит, а их не прекоръмит». И это при том, что сами монахи продолжали принимать пищу один раз в сутки, а в келье им не дозволялось держать даже «пития»!

Радикальным милосердием отличался Иосиф и по отношению к заблудшим. Он считал, что принявший монашество, принял второе крещение и очищение от всех грехов. Согласно правилам Иосифова монастыря, монаху, оставившему монастырь, но покаявшемуся, полагалась епитимия в течение 6 или 10 лет. Иосиф охотно принимал обратно раскаявшихся, а так же пострижеников из других монастырей, что, правда, также вызывало негодование некоторых архиереев.

Предательский город

В это время последняя надежда Новгорода Великого обрести независимость от Москвы зиждилась на подготовке предательского союза с прокатолической Литвой. Новгородские бояре мнили уже Новгород автономной частью Литвы. Велико было у Новгорода стремление к свободе. Уже и кандидатура князя была: родственник Казимира IV князь Киевский Михаил Олелькович.

Владислав Петрушко: Волоколамск новгородцы захватили давно, как стратегически важный регион. Ко времени создания Иосифо-Волоцкого монастыря эта земля уже прочно вошла в состав Московского княжества, но церковная юрисдикция Новгорода здесь сохранялась. Поэтому Новгородский архиепископ святитель Геннадий, который и начал борьбу с ересью, был епархиальным архиереем настоятеля Волоколамского монастыря игумена Иосифа. Конечно, прежде всего, ересь была проблемой Новгородской епархии, но когда к борьбе с ней подключился Иосиф, еретики уже прочно обосновались и в Москве. Иосиф был близок ко двору, где находились многочисленные адепты еретиков. Может быть он с ними непосредственно общался и ощущал их вовлеченность в ересь. Все эти факторы способствовали привлечению Иосифа к борьбе с «жидовствующими». Но главное, что он, как никто иной (разве что за исключением св. Геннадия Новгородского, который к тому времени был уже очень стар) ощущал опасность, нависшую по причине деятельности еретиков, над Русской Церковью и Русским государством.

Михаил приехал в Новгород в 1471 с огромной свитой. В тот же год великим князем московским Иоанном III борьба за независимость Новгорода была остановлена самым кровавым образом на реке Шелонь. Михаил со свитой уехали ни с чем, но один человек из свиты все же остался.

Неприметный человек

Иудей Схария (Захария) из свиты князя Михаила был человеком тихим и неприметным. Пользуясь тем, что Новгород город торговый, с рациональным менталитетом, терпимым ко всякого рода иноверцам, он стал обращать новгородцев.... В иудаизм? Нет...

Владислав Петрушко: Иудаизм никогда не занимался масштабным прозелитизмом. Ведь это религия «народа избранного», этнически жестко детерминированная. То учение, которое начал насаждать Схария в Новгороде, не было чистым иудаизмом. Чем была на самом деле эта секта, и каковы были цели ее создателей, мы, возможно, уже никогда не узнаем. Возможно, это было одно из течений, возникших внутри иудаизма. Но не исключено, что основатели секты стремились сознательно создать некую альтернативу Православной Церкви на Руси. Определенно это была попытка редуцировать христианство до иудейского монотеизма, отвергнуть Троический догмат, низведя Богочеловека Христа до положения некоего пророка, учителя праведности. Тогда теряла смысл и искупительная жертва Христа, и Церковь теряла все свое основание, разрушалась вся христианская традиция. Все это, конечно, сближало учение Схарии скорее с иудаизмом. От Христианства здесь уже почти ничего не оставалось. Поэтому древнерусские книжники и провали еретиков "жидовствующими" - т.е. подражающими иудеям.

После обращения в Новгороде двух образованных священников Дениса и Алексия, Схария, установив строжайшую конспирацию, где один человек мог знать только еще одного человека, исчезает со сцены, как не появлялся. Ученики же превзошли учителя, и увлекли в секту даже протопопа кафедрального собора, Софии Новгородской! Благодаря изощренной системе конспирации, которая, к слову, во многом напоминала систему «организации профессиональных революционеров», партии большевиков, ересь распространялась совершенно безнаказанно целых 17 лет.

Зараза

Постепенно секта появилась и при дворе Иоанна III. Семь лет они действовали успешно.

Владислав Петрушко: Секта объединила людей самых разных интересов. Судя по всему, новгородских священников (Дениса, Алексея и прочих) увлекли в большей степени религиозные вопросы, но большинство московского чиновничества, вошедшего в секту, скорее всего, было далеко от религиозных исканий. Их скорее интересовали оккультизм и ложная мистика, в которые облекали свое учение еретики. Вероятно, как и часть нынешней богемы, людей увлекали в ряды секты учением Каббалы. В итоге в рядах секты сосредоточилась публика, которая объединена была скорее оппозиционным настроем по отношению к Православной Церкви, к ее иерархии и церковной традиции в целом. Очевидно, что в секте "жидовствующих" причудливо сочетались элементы религиозного и социально-политического вольнодумства, оккультизма и астрологии. В общем, приманки были на любой вкус.

Невестка Иоанна III, Елена Волошанка, чей сын должен был стать наследником престола, стала покровительницей «жидовствующих». Да что говорить, митрополит Московский Зосима, а также человек, должность которого можно соотнести с должностью министра иностранных дел, Федор Курицын поддерживали еретиков. Куда же дальше?

Владислав Петрушко: Во главе Церкви в лице митрополита Зосимы встал совершенно неверующий человек, к тому же откровенно аморального поведения. Но «жидовствующие» пробрались и на самую верхушку общества и государства. Их сторонницей была невестка великого князя Ивана III - Елена Волошака, мать наследника и соправителя великого князя - его внука Димитрия. И если какие-то экстренные меры против еретиков тогда не были бы приняты, то разрушилось бы русское государство и собственно русская церковная структура.

Спасло то, что веселие Руси, как известно, «есть пити». В 1487 году новгородский еретик поп Наум, что-то не поделил со своими собутыльниками, стал переругиваться с ними за общим столом, за которым пили и те, кто не был посвящен в тайное учение. Православные, услышав странные речи, протрезвели, и донесли архиепископу Новгородскому Геннадию. Архиепископ арестовал всю гулящую компанию и учинил допрос. Ему повезло, поп Наум принес покаяние и «сдал» тех, кого знал. Несмотря на сугубую конспирацию еретиков, бесстрашный епископ, как настоящий следователь начал распутывать клубок паролей и явок. Результаты следствия его повергли в ужас.

Один в поле воин

С этого момента начинается долгая история искоренения ереси, которая насыщена судами и интригами. Московские еретики не хотели сдавать позиции. Первый суд был произведен в 1488 году. Благодаря покровительству кремлевской власти, трое арестованных по делу были признаны виновными, но с формулировкой «надругательство над иконами в пьяном виде».

Владислав Петрушко: Геннадий Новгородский первым призвал к расправе над еретиками. Но сначала ему пришлось очень долго и практически в одиночку с ними бороться. Он обращался к другим архиереям, но все считали, что это исключительно новгородская проблема. Он писал в Москву, но сначала митрополит Геронтий, который с ним был не в лучших отношениях, не реагировал, потом митрополит Зосима (Брадатый), сам еретик, тоже "ставил палки в колеса". Геннадий был связан по рукам и ногам. Великий князь покровительствовал лицам, принадлежавшим к кругу еретиков. Геннадию из Москвы поставили архимандритом новгородского Юрьева монастыря Кассиана Черного. А ведь Юрьевский архимандрит в Новгороде, по сути, был глава всего монашества епархии. Поставив на эту должность своего человека, еретики взяли под контроль все новгородские монастыри. Это было важно не только для распространения ереси, но и потому, что если еретиков и ссылали, то в монастыри, и они от туда быстро сбегали при помощи своих единомышленников.

Своим сочинением «Просветитель» и последующей поддержкой Геннадия Иосиф подставил плечо своему архиерею. Призывая к казням еретиков, он учитывал, что виновных неоднократно призывали к покаянию, но каждый раз они, притворно каясь, потом опять возвращались к прежнему. Получалось, что священники-еретики, не веря во Христа, продолжали служить и кощунствовать. Известны вопиющие случаи надругательства над Святыми Дарами и иконами, которые совершали еретики. Ситуация в Церкви складывалась аномальная.


Но прежде чем казнить, даже после того как Геннадий призвал принять к еретикам самые суровые меры, когда к нему в Новгород привели первых еретиков для расправы, он не решился пойти до конца. Их только провезли с позором перед народом, сожгли на их головах берестяные колпаки и отправили в монастыри, откуда они все разбежались.

Слава инквизитора

Владислав Петрушко: Мы пытаемся все время представить святость как безгрешность, но это были люди своего времени, времени очень жестокого, люди со своими недостатками, фобиями, симпатиями, антипатиями. Они и мыслили в категориях своего времени. Насколько допустимо для монаха призывать к казни? Нам может это показаться сейчас диким, но нельзя забывать, что это средневековые люди. Они на вещи смотрели совершенно другими глазами. После ужасов ордынского ига взгляд на жизнь и смерть у людей был совсем другим.

Призывая казнить еретиков, Иосиф сознавал, что на другой чаше весов - весь русский народ, потому что торжество ереси могло привести к разрушению только что созданной такими трудами православной Русской державы, которая в муках родилась после двух с половиной веков ордынского ига. Это государство только что объединилось вокруг Москвы, сбросило с себя иго Орды, еще очень неуверенно стояло на ногах в окружении многочисленных врагов. В такой ситуации внутренний разлад, виной которому была ересь, воспринимался как угроза всему будущему Русской Церкви и Русского государства.


Уже следующий игумен обители Даниил, был поставлен против воли ее основателя. Иосиф заранее приготовил список из десяти кандидатур. Даниила там не было. Но братия упросила поставить именно его. А предлог выбрала такой: иначе он уйдет в другой монастырь, куда его уже позвали игуменом. Чтобы не создавать очередного конфликта, Иосиф согласился.
Иосифо-Волоцкий монастырь До Иосифо-Волоцкого монастыря можно доехать от Волоколамска на автобусе до остановки ТеряевоИосифо-Волоцкий монастырь Иосифо-Волоцкий монастырь Иосифо-Волоцкий монастырь Иосифо-Волоцкий монастырь Богоявленская церковь с трапезной палатой. Самое древнее каменное строение монастыря

Иосифо-Волоцкий монастырь Сестры милосердия привезли на экскурсию в монастырь своих подопечных из Звенигородсого дома интерната для инвалидов
Иосифо-Волоцкий монастырь В монастыре чудесный яблоневый сад

Иосифо-Волоцкий монастырь Все что осталось от монастырского кладбища

Иосифо-Волоцкий монастырь Остатки колокольни. В 1692-94 годах колокольня, постепенно надстраивавшаяся, была доведена до десяти ярусов. По высоте она всего на пять метров уступала колокольне Ивана Великого. Из-за просадки болотистого грунта она накренилась, но сохраняла устойчивость. Во время Великой отечественной войны она была взорвана, а ее остатки развезли на щебень без обмеров и исследований

Иосифо-Волоцкий монастырь Успенский собор XVII века

Иосифо-Волоцкий монастырь
— А вот меня интересует, как они кресты так высоко ставили?
Иосифо-Волоцкий монастырь Иосифо-Волоцкий монастырь Изразцы до сих пор визитная карточка монастыря и радуют своими яркими красками всех гостей

Иосифо-Волоцкий монастырь Многие иконы из Успенского собора увезены в музей. Вместо них качественные фотографии. Сейчас в монастыре не ведется музейной работы. Архивариус рассказала, что музей сдал свои позиции без боя

Иосифо-Волоцкий монастырь Иосифо-Волоцкий монастырь Рака с мощами преподобного Иосифа Волоцкого. Мощи были обретены стараниями известного иерарха ХХ века митрополита Волоколамского и Юрьевского Питирима (Нечаева). Митрополит Питирим глубоко чтил память преподобного Иосифа. Первую Литургию во вновь открытом монастыре он совершил в день его памяти – 22 сентября 1989 года. Для почетных гостей владыка сам проводил экскурсии по монастырю и любил рассказывать им истории из жития преподобного.

Иосифо-Волоцкий монастырь И при своем святом игумене, и впоследствии монастырь был известен своей благотворительностью. Св. Иосиф построил богадельню для стариков и приют для сирот. В голодное время монастырь кормил до 700 окрестных крестьян ежедневно. Сам преподобный грозил отлучением тем торговцам хлебом, кто, пользуясь бедствием, поднимал цены.

Иосифо-Волоцкий монастырь Митрополит Питирим: "Мир идет к монаху в поисках тишины и глубины, которую тот нашел для себя. Таким образом монашество уже становится социальным служением. Преподобный Иосиф Волоцкий, по-видимому, посмотрел более прямолинейно: если все равно от мира уйти не удастся, то, может быть, монаху идти в мир и пытаться преобразовать его? Что он и сделал".