На Главную E-mail
       
 
Нескучный сад 5-6 (88)
   
 
Архив по номерам   Редакция   Контактная информация
   

По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II

Нескучный сад - Журнал о православной жизни
+7 (495) 912-91-19
 
 
 
Разделы сайта
 
Дополнительно:
 Фраза полностью
 Любое из слов
 Во всех полях
 Только в заголовках
 
  Семья и личность №2 (37)'2009

«Граждане, подставляйте сердца!»


Версия для печати
21.06.09, 22:11

Прошлой весной о докторе Максиме ОСИПОВЕ заговорили все СМИ: врач, приехавший из Москвы в маленький провинциальный городок, за короткий срок создал в местной больнице современное кардиологическое отделение. Да еще и сумел противостоять произволу чиновников. В наши дни такое звучит как чудо. Но в биографии этого человека немало необычного. Например, Максим Осипов не только лечит больных, но и пишет талантливую прозу. Поклонники даже сравнивают его с другим знаменитым коллегой — доктором Чеховым. Но тарусский доктор к своей писательской славе относится спокойно, а на вопрос, чего это он вдруг поехал в этот никому не известный городок N, отвечает со свойственным ему юмором: «Мой прадед, тоже врач, после лагеря жил на 101-м километре, до смерти — в городе N. Теперь на 101-й километр не посылают, надо об этом побеспокоиться самому…»



Максим Александрович ОСИПОВ родился в1963 году в Москве. Окончил 2-й Московский медицинский институт. Работал в нескольких московских научно-исследовательских и учебных институтах, в Калифорнийском университете в Сан-Франциско. Кандидат медицинских наук. Автор нескольких научных публикаций и монографии по ультразвуковому исследованию сердца . Редактор и издатель переводных медицинских книг, директор медицинского издательства «Практика», врач-кардиолог, работает в больнице города Таруса, основал Общество помощи Тарусской больнице. Автор нескольких эссе: «В родном краю», «Грех жаловаться», «Об отце Илье» и других и повести «Встреча», опубликованных в журнале «Знамя». Лауреат премии журнала «Знамя».

Почти четыре года назад Максим Осипов приехал в больницу Тарусы. Через несколько месяцев он организовал благотворительный фонд «Общество помощи Тарусской больнице», и в больнице появилось медицинское оборудование: эхокардиограф, дефибрилляторы, аппарат искусственной вентиляции легких, хирургический стол и еще многое другое. Его знакомый предприниматель из Москвы сделал на свои средства в больнице ремонт, а в конце февраля 2008 года в Тарусе торжественно открылось кардиологическое отделение.

Но уже через три дня отделение было закрыто, главврача больницы сняли с должности, грозились даже завести уголовное дело. Инициатор этих репрессий — местная администрация. Чиновники не могли поверить, что действия врачей бескорыстны и абсолютно законны, хотя все лицензии-согласования с министерством имелись. Откуда у больницы деньги на оборудование, с чего это вдруг кто-то в Москве будет помогать провинциальной больнице, рассуждали они. Тот факт, что смертность в больнице за год снизилась вдвое, они во внимание не брали.

К счастью, на помощь врачам пришла общественность: об этой истории написали в прессе, в интернете собирали подписи в защиту больницы, по центральному телевидению и на нескольких популярных радиостанциях прошли передачи, волна возмущения захватила всех, кто хоть краем уха услышал об этой истории. «Чиновники, руки прочь от Тарусской больницы!» И случилось почти небывалое — через две недели отделение снова заработало, главврача восстановили, а главу администрации, затеявшего произвол, сняли с должности! В дело вмешался губернатор Калужской области. Справедливость восторжествовала.

Сверху небо, снизу земля

— Вы чувствуете себя победителем чиновников?

— Ну, не я победил чиновников, чиновников победил губернатор. Не стоит преувеличивать общественный протест — самую большую роль сыграла публикация в «Российской газете». Вообще, я очень рад, что все это закончилось. Когда тебя журналисты со всех сторон снимают, вокруг появляется очень много энтузиазма и много болтовни и можно с упоением что-то такое наговорить безвкусное. Я никогда не собирался быть общественным деятелем. Я врач.

— Вы, москвич, выбрали работу в провинции — Москва надоела или захотелось быть «ближе к народу»?

— Я не считаю нашу работу «хождением в народ». Просто в тот момент, почти четыре года назад, когда я решил возобновить свою врачебную деятельность, сложно было найти в Москве место, чтобы работать на полставки. А в Тарусе был дефицит врачей. В Тарусе я провел детство, у нас там была дача. Прадед мой там врачом работал.

«…Сереньким апрельским утром я подъезжал к нашему городу. Со мной был чемоданчик с эхокардиографом и множеством медицинских мелочей. Десятки, сотни раз я ездил этой дорогой, но такого ликования доселе не испытывал. Грустная красота ранней весны, бедные деревянные и богатые кирпичные дома, даже разбитая скользкая дорога — все радовало. Хотелось крикнуть: “Граждане, подставляйте сердца!”». (Максим Осипов «Грех жаловаться»).
Мне нравится больше жить здесь, чем в Москве. Здесь как-то все соразмерно человеку — есть больница, есть ты — врач, ты ответствен за результат, ты встречаешь потом пациентов на улице, ты знаешь, чем заканчивается каждая история. Уровень агрессии здесь гораздо меньше, чем в Москве. В Москве все друг другу мешают, здесь этого нет. Потом, жить в своем доме гораздо приятнее — над тобой небо, под тобой земля, а не соседи сверху и снизу.

— Москвичи иногда уезжают в провинцию — там природа, свобода, но потом через некоторое время начинают тосковать. Вы этого не боитесь?

— Ну, может быть, когда-нибудь и затоскую, но надо будет это как-то побороть. Той Москвы, которую я люблю: сентябрьский вечер, выходишь из консерватории, идешь куда-то гулять, — этого очень мало осталось… Поэтому я не думаю, что будет сильно Москвы не хватать. Потом в Москву все равно нужно будет приезжать по медицинским делам — конференции, консультации, может быть, лекции. Есть вещи и пострашнее тоски, так что я все-таки хочу переехать в Тарусу насовсем.

— Кажется, отец Александр Шмеман как-то записал в своем дневнике: почему человек обязательно должен чем-то заниматься? Может быть, достаточно просто жить? Может быть, в провинции люди больше «просто живут»?

— Я согласен, просто жить — это идеал. Но люди не живут «просто». Просто жить — что это значит? Лежать, смотреть телевизор? Просто жить может цельный человек, у которого «хочу» и «хочется» совпадает. Мы же обычно хотим одного, а хочется нам другого — например, я хочу избавиться от какой-то вредной привычки, а хочется мне при этом эту привычку удовлетворять. Я хочу выучить немецкий язык, а вместо этого лежу и смотрю телевизор. Это пример нецельности.



Понимаете, чтобы быть, надо служить. Человек должен служить ближнему, но это реализуется через служение каким-то ценностям: здоровью, знанию, порядку, справедливости, красоте, культуре, природе, святыне. Один работает врачом, другой учителем, третий художник, а четвертый занимается спасением китов… Когда это служение есть, у человека жизнь наполненная, он имеет ощущение бытия, того, что он есть. Вот состояние депрессии — это ощущение, что тебя нет. У тебя есть руки, ноги, какие-то реакции, но самого тебя нет. Может быть, поэтому у нас так много пьют, в том числе и в провинции, что люди себя не ощущают никак. Еще Блок про Шахматово, кажется, говорил: здесь живет народ, совершенно забывший себя.

Хотя интеллигенция—народ — это неправильное противопоставление, это Чехов заметил, а правильное — интеллигенция—обыватели. Я бы сказал так: обыватели — это люди, не занятые никаким служением.

И дело здесь не в провинции. Все люди очень разные. Это не правда, что в провинции все пьют. Есть люди, которые много пьют, а есть — которые не пьют, а заботятся о своих близких и даже о соседях. Хотя о провинции я могу рассказать много ужасающих историй. Вот, например, отношения между жителями провинции и москвичами вполне описываются такой историей: мой друг-художник, москвич, шел со своими детьми по Тарусе (они летом здесь живут) в гости, и к ним прибился мальчик лет семи, очень ободранного вида. Он взял этого мальчика в компанию к своим друзьям — в нормальный, благополучный, веселый дом, там был какой-то детский праздник. Мальчика даже помыли и приодели. Вечером они его отвели домой — там сидел на железной кровати голый пьяный мужчина, мальчика никто не искал. Назавтра мой друг снова встретил этого мальчика на улице, тот его при этом совершенно не узнал и стал рассказывать: я вчера был у москвичей, у них такой дом хороший — вот люди наворовали! Вот этот мальчик с детства уверен, что если люди живут благополучно, то значит — наворовали.

Вылечить нельзя

— Говорят, что врачом без определенной доли цинизма быть нельзя. Это так?

— Нет. Цинизм порожден страхом. Чтобы не видеть трагизма жизни, мы объявим его несуществующим, посмеемся над ним. В чем защита врача? В выполнении им своих обязанностей, своего долга. Умер больной — давайте обсудим, что мы для него не сделали. Суть врачебной профессии — в выполнении врачебных действий, выработанных стандартов, которые существуют сейчас почти на все случаи медицинской практики. Это так же как священника делает священником не духовная опытность, а то, что он правильно рукоположен и правильно служит службы. Сказано: «Стандарты защищают больного от гениальности врача». В России врачей, следующих этим стандартам, ничтожно мало.
«Меня спрашивают, — говорит доктор Осипов, — жители Тарусы как-то реагируют на вашу деятельность? Я отвечаю — да, они стали меньше умирать»
Одна из главных бед нашей медицины — катастрофическое интеллектуальное отставание врачей. Мой сын учится в мединституте — там учат не просто плохо, а очень плохо. Очень часто он занимается по тем самым учебникам, по которым я занимался. Так не должно быть. За это время на Западе учебники обновлялись по пять раз.

Надо понимать, что у медицины есть две функции — оказание медицинской помощи и создание иллюзии защищенности — и четко их разграничивать. Иллюзия защищенности — это когда старушка ходит к терапевту, который даже, может, ничего не знает, но тем не менее ей есть куда пойти. Можно вызвать «скорую помощь», и она приедет. Медицинская помощь доступна. Громкие эффектные мероприятия, например трансплантация легкого, первая в России, только усиливают впечатление всеобщей защищенности — если надо, у нас могут все. Это, безусловно, важная функция медицины, но не нужно путать иллюзию с оказанием реальной помощи. У нас до сих пор при гипертоническом кризе вводят внутримышечно магнезию — это уровень 50-летней давности. Да, кому-то помогут, не дадут умереть, а кому-то и дадут. Врачей у нас очень много — с врачебными дипломами 600 тысяч человек. Из них, я думаю, процентов пять читают современную западную медицинскую литературу, повышают уровень своего образования. (Доктор Осипов не только сетует: его издательство, например, недавно перевело и выпустило книгу американских врачей «Кардиология» в 1200 страниц. — М. Н.)

У нас еще очень много проблем: и неготовность россиян заниматься собственным здоровьем, и отсутствие в обществе интереса к медицинским проблемам, и нежелание лечить стариков, и отсутствие серьезной медицинской науки, и ложное представление о роли денег в медицине. Не стоит надеяться, что хорошее финансирование и ликвидация воровства приведут к качественной медицинской помощи. Будет много денег — будет назначено больше ненужных лекарств и лишних обследований.

— Как все успеваете? Лечить и писать? И руководить издательством?

— У меня почти нет выходных, никогда не бывает отпуска. Это трудно, но пока как-то хватает сил. Хочется успеть побольше. Сейчас для меня самое трудное — необходимость частого переключения, это как нервное щелканье шариковой ручкой: четыре дня в неделю я провожу в Тарусе, три — в Москве. От издательской деятельности я собираюсь отойти. А о писательской пока говорить рано — я еще очень мало написал.

Из эссе Максима Осипова «В родном краю» «Старушки интереснее всех. Недавно полночи ставил временный кардиостимулятор; когда наконец все получилось, пожал руку своему помощнику, и тогда полубездыханная прежде старушка тоже протянула мне руку: “А мне?” — и крепко пожала».«У нас почти не лечат стариков. Ей семьдесят лет, чего вы хотите? Того же, чего и для двадцатипятилетней. Вспомнил трясущуюся старушку в магазине. Кряхтя, она выбирала кусочки сыра, маслица, колбаски, как говорят, половчее , то есть подешевле. За ней собралась очередь, и продавщица, молодая белая баба, с чувством сказала: “Я вот до такого точно не доживу!” Старушка вдруг подняла голову и твердо произнесла: “Доживете. И очень скоро”».

«Главный миф, в реальность которого верят почти все, — о решающей роли денег… Идея денег в умах людей, особенно мужчин, производит большие разрушения. За деньги можно все — вылечиться самому, вылечить ребенка, мать. По этому поводу много тихого отчаяния. Причина гибели — невысказанная — такая, например: мать умерла, денег на лечение не было. Знаю точно: дело не в деньгах, лекарства почти все доступны небогатому человеку. Отчаяние подогревается телевизионным: “Тойота, управляй мечтой”. А ты, ничтожество, не можешь заработать, на худой конец — украсть (чтобы мать вылечить, можно и украсть). Настоящие мужчины управляют мечтой, о них всегда думает “Тефаль”, об их зубах заботится “Дирол с ксилитом и карбамидом” (кстати, карбамид — это по-английски “мочевина”, ничего особенного). Деньги, конечно, нужны, на многое не хватает, но главная беда иная, внеэкономическая».

«Оказалось, что дружба — интеллигентский феномен. Так называемые простые люди друзей не имеют: ни разу меня не спрашивал о состоянии больных кто-нибудь, кроме родственников. Отсутствует взаимопомощь, мы самые большие индивидуалисты, каких себе можно представить. Кажется, у нации нет инстинкта самосохранения. Юдоль: проще умереть, чем попросить соседа довезти до Москвы. Жены нет, а друзья? Таких нет. Брат есть, но в Москве, телефон где-то записан».

«Есть радость встречи: недавно лечил худенькую, веселенькую девяностолетнюю Александру Ивановну (отец-священник погиб в лагере, мать умерла от голода, осталась без образования, была воспитательницей в детском саду), человека, более близкого к святости, я не встречал. Говорю ей: у вас опасная болезнь (инфаркт миокарда), придется остаться в больнице. Она весело: птичий грипп, что ли?»

«В больничном сортире — обрывки кроссворда (и больные, и сотрудники помногу решают кроссворды): “жалкие люди”, слово из пяти букв. Женским почерком аккуратненько вписано: НАРОД (по мысли авторов кроссворда, правильно — “сброд”)».

Марина Нефедова

Версия для печати







Код для размещения ссылки на данный материал:


Как будет выглядеть ссылка:
 
Реклама
Изготовление куполов, крестов Сталь с покрытием нитрид титана под золото, медь, синий. От 2000 руб. за м2 www.t2000.ru
Знаете ли вы Москву? Какая улица в столице самая длинная, где растут самые старые деревья, кто изображен на памятнике сырку «Дружба», откуда взялось название Девичье поле и в какой стране находится село Москва? Ученье — свет Приближается 1 сентября, день, дети снова пойдут в школу. Знаем ли мы, как и чему учились наши предки, какие у них были школы, какие учителя? Крещение Руси День Крещения Руси пока что не объявлен государственным праздником. Однако этот поворотный момент в истории России изменил русскую государственность, культуру, искусство, ментальность и многое другое. Счастливые годы последней императорской семьи Мы больше знаем о мученическом подвиге и последних днях жизни этой семьи, чем о том, что предшествовало этому подвигу. Как и чем жила августейшая семья тогда, когда над ней не тяготела тень ипатьевского дома, когда еще живы были традиции и порядки аристократической императорской России? Русские святые Кто стал прототипом героя «Братьев Карамазовых»? В честь кого из русских святых назвали улицу на острове Корфу? Кто из наших преподобных не кормил медведя? Проверьте, знаете ли вы мир русской святости, ответив на вопросы нашей викторины Апостолы Петр и Павел: рыбак и фарисей Почему их память празднуется в один день, где был раскопан дом Петра, какие слова из послания к Солунянам стали советским лозунгом и кто был Павел по профессии. 400-летие дома Романовых: памятные места Ко дню России предлагаем викторину о царской династии Романовых. Династия Романовых и благотворительность В год 400-летия воцарения в России династии Романовых вспоминаем служение царей и цариц делам милосердия. Пасха Зачем идет крестный ход — знаете? А откуда пошел обычай красить яйца? А когда отменяются земные поклоны? Кто написал канон «Воскресения день»? Великий пост Проверьте себя, хорошо ли вы знаете постное богослужение. Сретение Рождественская викторина




Новости милосердия.ru
 
       
     
 
  Яндекс цитирования



 
Перепечатка материалов сайта в интернете возможна только при наличии активной гиперссылки на сайт журнала «Нескучный сад».
Перепубликация в печатных изданиях возможна только с письменного разрешения редакции.